Наша сила в том, что нам трудно жить.

Наша сила в том, что нам трудно жить.

 Пролог.
 Ученые-генетики по некоторой причине любят проводить свои опыты на мухах-дрозофилах (или как их там). Они обнаружили следующий факт. Если воздействовать на муху радиацией, то начинает проявляться какое-либо уродство, передающееся следующим поколениям. Интересность заключается в том, что если это фатальное воздействие прекращается, то уродство в следующих поколениях проявляется всё реже и реже и в конечном итоге сходит на нет. То есть оно не закрепляется на генетическом уровне. Естественно возникает вопрос (идея): а сколько потребуется поколений воздействия внешнего фактора, под воздействием которого это поколение приобретает какое-либо свойство, чтобы это новое свойство закрепилось на генетическом уровне, то бишь навечно? 9-40-100? Или это вообще невозможно, и всё более-менее временно?
 Итак.
 Наверняка каждого интересовал вопрос: а чем человек отличается от животного, в чем их принципиальное различие? Автор Никонов приводил примеры, в которых показывал, что по некоторым отдельным функциям (головного мозга) есть животные, превосходящие человека (дельфины там, еще кто-то…), но человек «умнее» благодаря наличию целой кучки этих свойств. Я думаю, что он ошибается. Человек эволюционировал за счет единственного качества, данного природой (или Богом) — желание общения, или, по-другому, желание поделиться (информацией!). Животные живут по-одиночке и соединяются только на вынужденные дела, как-то: весенний гон, защита от хищника, охота на более крупную дичь (волки). Если этого не требуется, то они в вольере разбредаются все по своим углам. Человек — другое дело, ему надо «и себя показать, и других посмотреть».
 Но.
 По некоторым причинам в человеке много остаётся от животного, животные инстинкты (инстинкт самосохранения), которые (образно говоря) запрещают ему делиться («руки к себе гнутся»). Вот лавирование между этими противоречиями (общаться/делиться — не делиться) и отличает русского от любого другого. Я сейчас объясню свою точку зрения.
 В процессе жизнедеятельности желание общения заставляет человека сбиваться в небольшие поселения. Ключевое слово — небольшие, потому как если деревенька достаточно большая, то могут возникнуть различного рода «тёрки» (место у ручья в данный момент не хватает всем пришедшим; хлынул ливень, а тропинка узкая, бежать приходится толкаясь…), в результате чего возникает необходимость чем-то жертвовать, делиться, договариваться. А человек, в силу своей (животной) природы, очень не хочет этого делать (мешают жадность, недоверчивость и какие там еще пороки бывают?). Поэтому поселения небольшие. Бывают, конечно, и густонаселенные страны (Индия, например), но ничто не мешает там каждому все равно по сути жить обособленно. Но все это касается мест с благоприятным для проживания климатом, то есть мест, где взрослый человек способен без напряга выжить сам, в одиночку.
 Другое дело средняя полоса России. Отдельному человеку выжить в одиночку практически невозможно (вон — Лыковы не дадут соврать). Единственный выход сбиваться в более крупные поселения (города), чтобы сообща («всем миром») решать проблемы выживания. То есть придется ДОГОВАРИВАТЬСЯ, то есть делиться, помогать друг другу. В результате чего образовываются более крупные поселения (города), дифференцирование по роду занятий. И управлять этой общностью надо молодому лидеру, а не аксакалу… То есть, смею утверждать, что вся государственность пошла из России, все ремёсла/профессии — из России, да и цивилизация как таковая — из наших мест. Нигде больше это всё нафиг не нужно (было). То есть готовность русского человека помочь ближнему зиждется на простом понимании того, что если ты не поможешь сейчас ему, то потом, когда придет беда к тебе, тебе никто не поможет (малочисленность здесь ни при чем, ошибается многоуважаемый Онотоле). Другими словами, в общем смысле, русский человек, в отличие от других наций — договороспособен. Вместе с тем, русский человек, конечно же, не «мальчик для битья», он требует такого же к себе отношения. И если он видит, что кто-то без зазрения совести пользуется его этими качествами (использует его), то вскипает праведный гнев, немного (разумеется, чтоб убедится в справедливости, не ошибиться) отложенный по времени («еду-еду не свищу, а наеду — не спущу»).
 Эпилог.
 В результате НЕБЛАГОПРИЯТНОЙ СРЕДЫ ОБИТАНИЯ в русском человеке развились такие качества и способности, как взаимопомощь (если ты не поможешь сейчас ближнему, то потом, когда придет беда к тебе, тебе никто не поможет), сострадание (просто потому, что человек уже испытывал схожие чувства), уступчивость (тебе не очень нужно, а ему — очень нужно) и даже (я настаиваю) высшая форма договороспособности — жертвенность, самопожертвование. Все мы помним героические подвиги наших воинов Великой Отечественной. Александр Матросов бросился на пулемет не во имя далекого императора, эфемерного бога, и даже не для Сталина. Он защищал конкретных боевых товарищей, которые вот справа от него, вот слева от него, и которые могут погибнуть, если он сейчас их не защитит собой. А если он этого не сделает, они погибнут, а он останется жить, то его всю оставшуюся жизнь будет мучить совесть. (По всему выходит, что при прочих равных условиях в открытом бою мы, русские, в принципе непобедимы.) Западному (да и любому другому) человеку этого не понять.
 И последнее. Если верно предположение про генетиков (в самом начале этого опуса), то американец, приехав в Россию, в конце концов по характеру станет русским, и наоборот, русский человек переехав за океан окрысится. Потому как бытие определяет сознание.
 Всё.
Рейтинг@Mail.ru